quote Если моё Я – это то, что я ЕСТЬ, а не то, что я ИМЕЮ, то никто не может
угрожать моей безопасности и идентичности
Эрих Фромм

Тревога свободы и рост

„Свобода требует способности
принимать и переносить тревогу,
конструктивно жить с ней“
Ролло Мэй

“Всё в человеческой жизни должно пройти через свободу,
через испытание свободы, через отвержение соблазнов свободы.
В этом, может быть, смысл грехопадения”
Николай Бердяев


"Тревога – наш лучший учитель, – говорил Кьеркегор, – ибо тот, кто научился правильно беспокоиться, научился самому нужному". Ролло Мэй поясняет, почему это именно так: "Устраняя тревогу, мы также устраняем хорошую возможность для человека чему-то научиться; мы устраняем некоторые из его ресурсов“.

Ролло Мэй не раз говорил о важности свободного принятия тревоги. Он указывал на опасность стремления человека поступиться своей оригинальностью, перекраситься в "защитный цвет" и стать конформистом в надежде обрести внутренний покой. „Этот акцент на свободе от тревоги в действительности способствовал подрыву свободы“, - утверждает Ролло Мэй. Вот что он пишет далее по этому поводу:

„Быть свободным означает не уклоняться от тревоги, а переносить ее. Бежать от тревоги автоматически означает отказываться от свободы.

Вожди народов на протяжении всей истории использовали эту стратегию – ввергнуть народ в непрекращающуюся невыносимую тревогу, чтобы заставить людей отказаться от свободы. Люди в этом случае могут принять виртуальное рабство в надежде избавиться от тревоги“.


МОДУС БЫТИЯ ИЛИ МОДУС ОБЛАДАНИЯ?

Эрих Фромм считает позитивную свободу, "свободу для…", главным условием роста и развития человека, связывая ее со спонтанностью, целостностью, креативностью и стремлением к утверждению жизни в противовес смерти. „Для“ – это дело жизни, жизненная задача, осмысленная активность, это Люзбовь и Вера. Такая свобода равнозначна самому бытию.

Стремление к „свободе от…“ предполагает попытку освобождения от естественных ограничений и рамок собственной СУДЬБЫ ради того, чтобы ИМЕТЬ возможность обладать, сохранять и преумножать свое „имение“.

Человек свободен выбирать между МОДУСАМИ БЫТИЯ – между „иметь“ и „быть“, между застоем или даже регрессом и ростом, становлением и самоактуализацией.

Полно функционирующие, растущие и самоактуализирующиеся личности свободны в своем реагировании на ситуацию и в выборе способа переживать в опыте свою реакцию на ситуации, пишет Карл Роджерс. Такие люди отличаются доверием к собственным внутренним побуждениям и интуитивным суждениям, к собственной способности принимать решения. Роджерс называл жизнь таких „хорошей жизнью“ и подчеркивал, что «хорошая жизнь - это процесс, а не состояние бытия, это направление, а не пункт назначения».


ВОCXОЖДЕНИЕ К СВОБОДЕ

Хочется привести здесь слова Альфрида Лэнгле, который утверждает, что свободный человек выбирает „экзистенциальный путь", то есть живет, а не прозябает над своим „имением“.

„Жить“ – означает:

• переживать то, что само по себе имеет ценность, что может быть воспринято как хорошее, красивое, обогащающее;
• созидая, изменять и (где это возможно) обращать в лучшее – лучшее само по себе, а не лучшее "для меня";
• там, где невозможно изменить условия и обстоятельства, не просто пассивно их терпеть, а вопреки неблагоприятным условиям расти и становиться более зрелым, продолжать изменять самого себя, раскрывая все лучшее, что есть в человеке.

Эрих Фромм подчеркивал одно из значений свободы как „способность решаться в пользу одной или другой из двух альтернатив,  в которых речь постоянно идет о выборе между рациональными и иррациональными интересами в жизни, о росте или стагнации и смерти“.

Свобода – это бесконечный процесс ВОCXОЖДЕНИЯ от „иметь“ к „быть“ – от принадлежности и обладания, дающих человеку иллюзорное спокойствие от принесения себя в жертву своему „имению“, к принятию эксистенциального одиночества, к открытости себя миру, к открытию смыслов, к утверждению добра и – в конце концов - к истинной Любви.

 

 

ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ РЕШЕНИЯ ТРЕВОГИ СВОБОДЫ


СУБСТАНЦИОНАЛЬНОЕ

Я назвал это решения субстанциональным, хотя нам известно, что человек лишен сущностной основы. Человек представляет собой процесс перемен и становления. Однако все же в своем сознании человек воспринимает свои сильные стороны и способности, свои осознанные свойства и качества (свой осознанный опыт, по сути – свое прошлое) как некую сущность, на которую можно опереться.

Субстанциональное решение является основным решением тревоги, которую Киркегор назвал „головокружение от свободы“. Ведь именно укрепление опоры на самого себя служит реальной альтернативой упованию на внешние источники решений и выборов в жизни человека. 

Так, согласно Ролло Мэю, свобода – это способность человека управлять своим развитием, тесно связанная с самосознанием, гибкостью, открытостью, готовностью к изменениям.

Другими важными составляющими человеческой „субстанции“ являются совесть и разум. "Свобода означает не что иное, как способность следовать голосу разума и совести против голоса иррациональных страстей, - пишет Эрих Фромм, - при свободном выборе речь постоянно идет о том, решиться ли на лучшее или худшее, причем лучшее или худшее постоянно затрагивает фундаментальный моральный вопрос жизни, при котором речь идет о дальнейшем развитии или регрессии, о любви или ненависти, о независимости или зависимости“.

Человек, опирающийся на свои разум и совесть начинает сознавать свою свободу, эффективно уходить от своей компульсивности (ведомости импульсами), принимать свободные решения и делать ответственный выбор.

Все мы люди – и ничто человеческое нам не чуждо… Поэтому мы не можем сбрасывать со счетов то, что свойственно человеку – а именно стремление к тому, чтобы обрести не только внутренние, но и внешние опоры в своем бытии.

Внешней составляющей субстанциональности является бытийная вера – опора на задающую рамки Высшую Силу (Бог, Мировой Разум). При такой вере человек не передает бразды правления этой Высшей Силе. Напротив, он укрепляет свое сердце, вдохновляясь как принимаемыми им заветами, так и осмысленностью, которую Выссчая Сила придает всему бытию человека. Точнее, человек воплощает в жизнь эти смыслы, выполняя заветы и свободно действуя в рамках ограничений, которые ему устанавливает его совесть, принявшая установления и заветы Высшей Силы. По сути, человек превращается в своей бытийной свободе в Со-Творца, в подобие Бога.

 

ИНТЕНЦИОНАЛЬНОЕ

„Если жизнь рассматривать экзистенциально,
как соприкосновение личности
с конкретными условиями жизненной ситуации,
то тогда открываются многочисленные возможности
преобразования жизни“
Альфрид Лэнгле

Следующим краеугольным камнем является ВОЛЯ. Становление человека – это непрестанное и неостановимое движение к реализации его проекта самого себя. И это означает, что нет ничего неизменного и постоянного нигде – даже внутри самого человека. Фундаментальный проект (проект самого себя, лежащий в основе свободного развития и становления человека, его стремления в будущее) является весьма динамичным и подверженным изменениям. Ж.-П. Сартр однако подчеркивает, что воля человека может быть эффективной только в рамках его фундаментального проекта.

Воля человека базируется, в частности, на способности человека брать управление решениями в свои руки. Карл Роджерс указывает на то, что в процессе становления и роста человек все чаще начинает чувствовать, что локус оценки, выбора и принятия решений находится внутри него смого. Человек в процессе становления все меньше и меньше ищет у других одобрения или неодобрения решений, выборов и стандартов, по которым надо жить, подчеркивает Роджерс. Такой человек осознает, что выбор – это его личное дело; что единственный вопрос, который имеет смысл, – "Полностью ли удовлетворяет и верно ли выражает меня мой образ жизни?". По мнению Роджерса, это, один из самых важных вопросов для свободного и творческого человека.

Абрахам Маслоу также считает независимость от стимулов окружения определяющей характеристикой „полноты индивидуальности, истинной свободы, развития самостоятельности“. При этом, как отмечает Маслоу, „эта относительная независимость от внешнего мира и его требований и давления, разумеется, не означает отсутствия общения с ним или отсутствия уважения к его "требовательному характеру". Она означает только то, что эти контакты определяются прежде всего желаниями и планами самоосуществляющейся личности, а не давлением окружения“.

При этом, признавая, пртиветствуя и всячески поддерживая и укрепляя независимость личности, важно не потерять чувства реальности – то есть оставатьcя в „здесь и сейчас“, не выпадать из ФОКУСА СВОЕГО БЫТИЯ, уделяя ему свое предельное внимание.

Свободное признание и принятие перемен всего и вся, а также осознание их неизбежности, формируют фундамент свободы. Даже представления о самом себе не являутся здесь исключением. Ж.-П. Сартр выражает свое восхищение мгновениями, „когда предшествующий проект проваливается в прошлое в свете нового проекта, который возникает на его руинах и только что начинает оформляться, когда тесно перемешаны смирение, тревога, радость, надежда, когда мы отступаем, чтобы понять, и понимаем, чтобы отбросить. Здесь часто с наибольшей ясностью и эмоциональностью формируется образ нашей свободы“.

Бытие человека представляет собой неостаановимое СТАНОВЛЕНИЕ. То есть человек обречен изменяться. Вопрос свободы состоит в том, кто будет причиной, автором и исполнителем этих изменемний. Согласно Сартру, человек создает проект самого себя, определяющий цели, на достижение которых человек направляет свои усилия, осуществляя выборы и совершая поступки.

Конечно, когда человек стоит перед выбором, он может испытывать тревогу. Как пишет Николай Бердяев, “само состояние выбора может давать человеку чувство угнетенности, нерешительности, даже несвободы”. Однако человека никто не освободит от необходимости выбора – даже если человек решит не выбирать, это будет все же его выбор. Поэтому к необходимости выбора и поступка человек так же приговорен, как и к своей свободе. Бердяев утверждает, что, когда выбор сделан и человек идет дальше к своей цели творческим путём, наступает полное освобождение.

То есть решимость не только освобождает от тревоги, но и способствует нахождению нестандартных способов достижения цели – ибо в процессе движения к цели меняется и ситуация, и сам проект. А это требует от человека постоянной корректировки и целей, и своих последующих решений. Человек, иными словами, свободно творит самого себя по мере продвижения к той или иной цели, являющейся одной из составляющих его собственного проекта.

Альфрид Лэнгле пишет: „если под "жизнью" понимать исполнение желаний или удовлетворение требований, то такая "жизнь" полностью зависит от внешних обстоятельств и потому несвободна“. Поэтому другим аспектом свободы в сфере целеполагания является спосбность человека свободно выбирать, какое желание, какое стремление и каким образом должно быть удовлетворено в настоящий момент.

Уже на очень ранних стадиях своего развития, ребенок учится откладывать сиюминутное удовлетворение своих потребностей и желаний. Этого требуют от него родители, воспитатели, обшество. И хорошо, если эти требования не отоьют у ребёнка желание желать – волю к жизни. Нравственный рост, путь к себе – это вошождение от «простой» способности отсрочить удовлетворение желаний (адаптация к социальным нормам) к способности и готовности принять естественные рамки своей ситуации (см. МАТРИЦА СУДЬБЫ, СУДЬБА КАК ПЛОЩАДКА СВОБОДЫ) и делать свободный, ответственный и осмысленный выбор, а также к умению принять нравственное решение в выборе между «добром и злом».

Эрих Фромм, говоря о желаниях, приводит позицию буддизма: „Будда усматривает в желаниях причину человеческого страдания, он ставит человека перед альтернативой: либо предаваться своим желаниям и тем самым своему страданию, либо отказаться от желаний и тем самым положить конец своим страданиям. Человек должен выбирать между этими двумя реальными возможностями, третьей возможности у него нет“.

Свободно выбирая ответственность и беря под свой контроль свои желания и поступки, человек растет, поднимается над своей компульсивностью (над ведомостью импульсами).


 

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ

„Не свобода есть „сознание необходимости“ (как говорил Гегель),
а необходимостью является сознание свободы“
Николай Беряев

Ролло Мэй, подчеркивая, что свобода неотделима от тревоги, сопровождающей новые (еще не открытые) возможности, отмечает, что очень многие люди мечтают только о том, чтобы им сказали: „свобода – это иллюзия и нет необходимости ломать на этим головы“. В этой связи Ролло Мэй заявляет, что человеку важно достичь такого состояния, в котором он ощущал бы свободу выбирать свой образ жизни, принимать ситуацию в той мере, в какой она неизбежна, и что-то изменять в той степени, в какой это реалистически возможно. В этом Ролло Мэй видит главную задачу психотерапевта – помочь людям приобрести свободу осознания и переживания их возможностей.

Сознавание того, что происходит с человеком в его мире, делает его сильнее и более приспособленным для решения своих екзистенциальных задач, главная из которых – рост и становление.

Альбер Камю, указывая на необходимость жить в АБСУРДНОМ мире, заявляет, что „вселенная абсурдного человека — это вселенная льда и пламени, столь же прозрачная, сколь и ограниченная, где нет ничего возможного, но все дано“. В конце всего человека ждет абсурдность смерти, крушение и небытие.

Осознание смерти, конечности освобождает человека от иллюзий и обезоружувающих фантазий и ожиданий, которые позволяют человеку бездействовать и прятаться – до лучших времен. А они – эти лучшие времена – не настанут никогда. „Пробуждение сознания, бегство от сновидений повседневности — таковы первые ступени абсурдной свободы, - пишет Камю, - иллюзии исчезают перед лицом смерти. Тогда свобода действия приходит на смену иллюзорной свободе“.

Важнейщим шагом к свободе является, по мнению Камй, осознание того, что в жизни нет предзаданных смыслов. Смыслы человек находит, свободно действуя. Если человек все же свибодно решается жить в абсурдном мире, то из этой решимости он и черпает силы и мужество для своей свободы.

Человек свободен выбирать свои убеждения и свою точку зрения на мир и на самого себя. В живом восприятии своей реальности человек динамичен – и его понятия также должны быть динамичны, если человек решает, что эти понятия должны отражать бытие.

Николай Бердяев предупреждает, что свобода, несущая новизну и свежесть, может переходить в свою противоположность - например когда насаждается ДОГМАТИЗМ, то есть один свободный человек навязывает другому свободному человею некую истину.

Тревожащийся человек, который бежит от свободы, находит свое успокоение д принимаемых и разделяемых с другими догмах. Гольдштейн обращает наше внимание на то, как после Первой мировой войны вместе или по отдельности люди отказывались от свободы в надежде на освобождение от невыносимой тревоги, прячась за жесткими догмами:  этому были подвержены целые группы, которые, объединившись, обращались к фашизму.

„Истина есть путь и жизнь, - пишет Бердяев, - истина есть духовное завоевание. Истина познаётся в свободе и через свободу. Познание истины меня освободит. Но тут одна свобода в конце, другая свобода в начале. Я свободно познаю ту истину, которая меня освобождает. Я верю в существование великой истины о свободе. В раскрывшуюся мне истину входит свобода. Свобода моей совести есть абсолютный догмат, я тут не допускаю споров, никаких соглашений, тут возможна только отчаянная борьба и стрельба. Истина может принести мне освобождение, но эту истину я могу принять лишь через свободу. Я не согласен принять никаких истины, иначе чем от свободы”.

Иными словами, путь к себе, рост, вошождение, становление собой осуществляются в интеллектуальной сфере через свободно принимаемые и открываемые истины – а не через принятие заскорузлых истин, с помощью которых кто-то коварно пытается связать крылья нашей свободе.

И еще об одном хотелось бы здесь поговорить. А именно – о важности сознавания “текучести” бытия. Я имею в виду необходимость отхода от восприятия реальности как некой твердой заданности. Мы привыкаем в нашей каждодневности к тому, что есть, что ма “имеем”, что нас постоянно окружает. Такая привычка восприятия неизменной реальности существенно снижает способность быть свободным – то есть свободно и ответственно выбирать себя – не застывших в своей привычной обыденности, а таких, какими мы можем стать.

Для отхода от повседневности имеется немало техник и ритуалов. Один из них – это шабат (праздник субботы в иудаизме). В этот день важно максимально отдалиться от забот и привычек – и обратиться к Богу, посвятив Ему свое время, свои мысли и чувства. Выход из реальности учит нас по-новому взглянуть на нее – после того, как свяшенная суббота снова уступит место обычной жизни.

Кстати, соблюдение Субботы – хотя это и является важнейшей заповедью – все же находится в сфере свободного решения самого человека.

 

ОТНОШЕНИЯ

В сфере межчеловеческих отношений, когда проишодит встреча с ДРУГИМ, человек может поступить „как вегда“, применяя привычные поведенческие стереотипы. Но каждая ситуация встречи – уникальна, и по сути, всегда судьбоносна. Ведь любой наш выбор в любой ситуации направляет дальнейшее развитие по своему особому пути.

Поэтому для человека чрезвычайно важно не полагаться на свою компульсивность (на поведение, регулируемое сиюминутными импульсами), а принимать каждый раз свободное решение, основанное на его ценностях и образе будущего (проекте самого себя).

Фриц Риман подчеркивает, что мы всегда имеем четыре принципиальные возможности ответа на жизненную ситуацию, на обстоятельства в межчеловеческих отношениях:

„мы можем их распознать и от них дистанцироваться;

мы можем с ними идентифицироваться;

мы можем их воспринимать как закономерность;

мы можем, в соответствии с нашими желаниями, пытаться их преобразовать“.

Согласно Риману, часто межличностные отношения тре¬буют от нас практически одновременного взаимопро¬никновения и применения всех четырех подходов. В любом случае, как себя человек поведет в той или иной ситуации межчеловеческого общения, остается полностью в сфере его свободного выбора.

Абрахам Маслоу призывает сделать выбор в пользу совершенно бескорыстного и объективного восприятия другого человеческого существа. Однако, подчеркивает Маслоу,  это может стать возможным только тогда, „когда нам от него ничего не нужно, только когда сам он не есть нечто нужное нам“. Маслоу утверждает, что именно свободные люди, находящиеся на пути становления, роста и самоактуализации способны к эстетическому восприятию личности другого человека в ее целостности“.

Такие люди, уверен Маслоу, „гораздо более способны на одобрение, восхищение и любовь, в основании которых лежит не столько благодарность за полезные качества той или иной личности, сколько постижение объективных, внутренних ее качеств. Восхищение вызывают объективно достойные восхищения качества личности, а не то, что она отвечает на похвалу похвалой. Ее любят за то, что она достойна любви, а не за то, что она отвечает любовью на любовь“.

 

ПОЗНАВАТЕЛЬНОЕ

ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОСТЬ играет важнейшую роль в познании и покорении мира, так как обеспечивает живое существо необходимой информации о ресурсах и опасностях в окружаюсей его реальности. Конечно, исследовательская деятельность, к которой относится любознательность, сопряжена сама по себе с определенными опасностями, конфронтируя живое существо с неизвестными свойствами его окружения. Кроме того, неопределенность ситуации, в которой развертывается исследовательская деятельность, сама по себе может вызывать тревогу, зависящую от степени неопределенности ситуации.

Чеолвек может совершить свой свободный выбор между двумя возможностями: исследовать мир, давая свободу своей любознательности, или оставаться в безопасном мирке привычного и знакомого.

В отличие от других живых существ, человек может исследовать мир также виртуально, проигрывая в своем воображении различные ситуации, сравнивая между собой последствия того или иного своего выбора, решения или поступка. Он может в своем воображении также дать волю своим чувствам – познать будущее не только умом, но и сердцем. Именно освобождение чувств, касающихся человеческой ситуации, будет способствовать тому, что человек будет лучше понимать самого себя. Оттачивая свое восприятие собственных чувств, человек сможет постепенно научиться слышать и голос своей ИНТУИЦИИ.

Человек свободен также выбирать, по словам Абрахама Маслоу, между двумя реальностями – между реальностью объективной и реальностью субъективной (то есть между пребыванием в реальном мире и в мире своего воображения). Как говорил Маслоу, если человек жестко привязан к любой из этих реальностей, то каждая из них превращается в тюрьму, в гетто. В обеих реальностях человек, проявляющий любознательность, может находить для своего роста и становления массу полезного.

Ролло мэй также подчеркивал, что одним из условий свободы является свободное восприхятие себя как субъекта (то есть активного деятеля в своем мире) или как объекта (некоего подверженного обстоятельствам существа). Именно между двумя этими полюсами и лежит поле свободы.

Так, в любознательности, в игре и в воображении человек преодолевает свою тревогу, выбирая открытие нового и неизвестного и оставляя безопасный мир знакомого (см. ВЕКТОРЫ БЫТИЯ). Свобода, таким образом, требует МУЖЕСТВА – а оно, в свою очередь, базируется на вопросе ос смысле, потому что человеку следует себе ответить на вопрос: „а ради чего, собственно, стоит выбирать неизведанное?“.

 

АКСИОЛОГХИЧЕСКОЕ

“Вы – это ваш собственный выбор”
Ж.-П. Сартр

Пауль Тиллих подчеркивает важность свободного действия в реальном мире: „“Я“, отсеченное от соучастия в мире, - это пустой сосуд, чистая возможность. Оно вынуждено действовать в силу того, что живет. Деятельность вовлекает действующего человека в сферу того, на что он воздействует“.

Человек, согласно Бинсвангеру, обладает свободой или „рисовать себе мир", или "позволить миру иметь место". То есть человек выбирает между ответственной активностью и пассивностью. Он осущетсвляет выбор на основе своих ценностей. Ценности жизни человека никогда не осуществляются автоматически, пишет Ролло Мэй. Человек своими выборами и своими свободными решениями утверждает свои ценности и самого себя. Тем самым человек придает смысл каждому своему поступку и жизни в целом.

Именно своим поступком человек утверждает в мире добро или зло. Ведь, как утверздает Ерих Фромм, “свободного выбора между „добром и злом вообще“ не существует, есть только конкретные и специфические способы действия, которые являются средством для достижения добра, и способы действия, которые являются средством для достижения зла. До морального конфликта в отношении свободы воли дело доходит тогда, когда нам нужно принять  конкретное решение, а не тогда, когда мы решаемся в пользу „добра или зла вообще“… Причем всегда предполагается, что добро и зло определены правильно“.

Мы рассмотрим подробнее эти аспекты в разделе, посвященном ТРЕВОГЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

Здесь же мне хотелось коротко остановиться на вопросе, касающимся внешним установлениям. К ним относятся как светские законы и правила, так и религиозные заповеди (предписывающие и запрещающие). И те, и другие задают человеку лишь определенные рамки, в которых он реализует свою свободу.

В конечном счете, ни заком, ни заповеди не руководят человеком – окончательный выбор, окончательное решение остаются за самим человеком. Однако знание заповедей и законов укореняется в структуре человеческой САМОСТИ (в частности в форме СОВЕСТИ), формируя внутреннюю иерархию ценностей, запретов и разрешений. Выражение „человек информирован, значит он виновен“ означает не что иное, как передачу человеку ответственности за решение, выбор и поступок.

Если человек свободно выбирает то, что „должно быть выбрано“, то есть то, с чем согласна его совесть, то выбор его будет гармоничным и конгруентным. Однако здесь стоит оговориться, что нередко НАДО и НЕЛьЗЯ не являются истинными ценностями человека, а представляют собой лишь отголоски прежних страхов.

В заключение раздела о восхождении к свободе, мне хотелось бы привести слова Фридриха Ницше:

"Душа по существу скажет себе: никто не сможет построить мост, по которому именно вам придется пересекать реку вашей жизни, – никто, кроме вас. Безусловно, существуют бесконечные тропинки и мосты, и полубоги, готовые перевезти вас через реку, но только ценой вашего "я". Во всем мире существует определенный путь, который предстоит пройти вам и только вам. Куда же это ведет? Не спрашивайте, а ступайте по этому пути. Когда человек говорит: "я хочу оставаться самим собой", то он обнаруживает, что это страшное решение. Теперь он должен дойти до самых глубин своего бытия".