quote Стремление к обладанию чем-либо связанo с иллюзией постоянства (и неразрушимости
материи). И хотя мне кажется, что я обладаю всем, на самом деле я не обладаю ничем,
так как мое обладание, владение объектом и власть над ним - всего лишь
преходящий миг в процессе жизни
Эрих Фромм

Моральное поведение

„Если мы отвечаем на любовь ненавистью или начинаем не любить тех, кто честно поступал с нами, или испытываем неприязнь к поступкам, способствующим нашему благу, сообщество вскоре распадется“, пишет Джон Ролз. Поэтому главной цементирующей силой социума можно считать „правильное поведение“ человека. Джон Ролз говорит о роли общества как неком полигоне для „нравственных упражнений“, цель которых  заключается в том, „чтобы представить недостающие мотивы: желание поступать правильно ради самого поступка и желание не поступать неправильно“.

Правильное поведение“— это поведение, выгодное другим и обществу, в то время как „неправильное поведение“ — это поведение, в общем случае наносящее ущерб другим и обществу. Ролз подчеркивает, что если для неправильного поведения человек обладает достаточной мотивацией, то для осуществления правильного поведения у человека обычно отсутствуют эффективная мотивация. „Общество должно как-то исправить эти дефекты, - пишет Ролз, - это достигается одобрением и неодобрением родителей и других авторитетных лиц, которые, если необходимо, используют поощрения и наказания, варьирующиеся от наград до причинения боли“. Так, постепенно, человек приобретает желание поступать правильно и учится испытывать неприязнь к неправильным поступкам.

Важно учитывать, что „желание соответствовать моральным стандартам возникает в жизни рано, прежде чем мы достигаем адекватного понимания оснований этих НОРМ“, пишет Джон Ролз. При этом он ссылается на мнение Зигмунда Фрейда о том, „что существенная часть морального обучения происходит в ранней фазе жизни, до того, как разумные основания нравственности могут быть поняты“.

Животная природа человека с ее инстинктами и импульсами (со всем, что составляет значительную часть его БЕССОЗНАТЕЛЬНОГО) проявляется в стремлении человека к максимальной пользе для себя. Без особой внутренней системы сдержек и ограничений это стемление будет реализовываться без оглядки на других людей, часто в ущерб им и за счет попирания их ИНТЕРЕСОВ.

Такой системой сдержек, выстраивающих ВНУТРЕННИЕ РАМКИ, не дающие вседозволенности человека развернуться во всей красе, является система морали (регулируюшей наше поведение с помощью МОРАЛЬНЫХ ЧУВСТВ) и СОВЕСТЬ, которая стоит на страже ЦЕННОСТЕЙ и помогает нам поступать ОСМЫСЛЕННО. Человека, обладающего подобными рамками, можно назвать МОРАЛЬНОЙ ЛИЧНОСТЬЮ.

Благодаря этим внутренним рамкам „дикие“ желания и импульсы преобразуются в желания и стремления, направленные на новые конечные цели. Преобразованные желания способствуют поддержанию и укреплению межчеловеческих отношений и направлены (по утверждению Джона Ролза) на такие цели как „наши ПРИВЯЗАННОСТИ к людям, интересы, которые мы имеем в реализации их интересов, и чувство СПРАВЕДЛИВОСТИ“.

Джон Ролз приводит „Три закона моральной психологии“, которые описывают, „как наша система желаний приобретает новые конечные цели по мере того, как мы приобретаем эмоциональные узы“. Вот эти законы:

Первый закон: при условии, что институты семьи справедливы и родители любят ребенка и явно выражают свою любовь, заботясь о его благе, ребенок, признавая их очевидную любовь к нему, начинает их любить.

Второй закон: если способность человека к товарищескому чувству реализована путем приобретения ПРИВЯЗАННОСТЕЙ в соответствии с первым законом и если социальные устройства справедливы и публично признаны справедливыми, то такой человек приобретает дружеские чувства и доверие к другим в ассоциации, поскольку они с очевидным намерением выполняют свой долг и обязательства и соответствуют идеалам своего общественного положения.

Третий закон: если способность человека к товарищескому чувству реализована в сформированных ПРИВЯЗАННОСТЯХ в соответствии с первыми двумя законами и если общественные институты справедливы и публично признаны всеми в качестве таковых, то этот человек приобретает соответствующее чувство справедливости в той мере, в какой он признает, что он и те, о ком он заботится, получают преимущества от этих устройств.

Согласно Джону Ролзу, изменение „диких“ (естественных) желаний, происходящее в результате формирования моральных фильтров, „следует отличать от образования у нас производных желаний вследствие дополнительного знания или возникающих новых возможностей, а также от нашего уточнения наличных желаний“, то есть в результате чисто рационального реагирования на обстоятельства. „Производные желания такого рода имеют рациональное объяснение, - пишет Ролз, - Они суть желания делать то, что наиболее эффективным образом реализует наши настоящие цели ввиду наличных данных, и они меняются вместе с изменением знания и мнения, а также доступных возможностей“.

Таким образом, говоря о поведении МОРАЛЬНОЙ ЛИЧНОСТИ нельзя все объяснять лишь действием нашего разума. Моральные рамки действуют сами по себе и трансформируют ВОЛЕВУЮ сферу человека таким образом, что поведение человека стновится, можно сказать, истинно человеческим. При таком поведении принимаются во внимание ИНТЕРЕСЫ других людей.

Ниже я хочу процитировать Джона Ролза, который приводит "набор способностей" человека, поведение которого можно считать "правильным", то есть моральным:

Прежде всего, необходимо признать существование разных точек зрения, то, что перспективы других не совпадает с нашими.

Мы должны не только понять, что вещи выглядят для других иначе, но и что они имеют другие желания и цели, другие планы и мотивацию; и мы должны знать, как вывести эти факты из их слов, поведения и выражения лица.

Далее, нам нужно идентифицировать определенные черты этого видения, чего именно хотят другие, к чему они стремятся и каковы их регулятивные мнения и установки.

Только таким образом можем мы понять и оценить их действия, стремления и мотивы. Пока мы не можем идентифицировать эти ведущие элементы, мы не можем поставить себя на место другого и узнать, что мы делали бы в его положении.

Чтобы все это получить, мы должны, конечно, знать, каково видение другого человека.

Однако, наконец, даже поняв ситуацию другого, мы еще должны решить задачу регулирования нашего собственного поведения с учетом этой ситуации.