quote Мы живём, ожидая, что когда-то наступит жизнь, а потом оказывается,
что мы не ждали – а жили…
Сахновский, "Насусшные нужды умерших"

Смысл и смерть

„Смерть преобразует жизнь в судьбу“
Мальро

Виктор Франкл говорит о том, что смысл человеческой жизни раскрывается в РАМКАХ ЕГО СУДЬБЫ:

"Судьба представляет собой часть жизни. Никто не может избежать всего конкретного и неповторимого, что готовит ему судьба. Судьба человека всегда имеет определенный смысл: ведь судьба - столь же существенная составляющая смысла человеческой жизни, как и смерть. Если же он спорит со своей участью - то есть с тем, что не в его власти, с тем, за что он не несет никакой ответственности, с тем, в чем он не может быть повинен, - он упускает смысл своей собственной судьбы".

Точно также и смерть, которая является неотъемлемой частью бытия, ставящая точку в жизни человека, ограничивая его жизнь неким отрезком "до и после"... "Эта конечность жизни, ограниченный отрезок времени, отведенный человеку здесь, на земле, не лишает его существование смысла, - подчеркивает Франкл, Сама смерть делает жизнь более осмысленной".

Но, конечно, не смерть дает жизни смысл! Просто сама жизнь воспринимается перед лицом смерте более ценной. Сознавая свою смертность, преходящесть всего и вся, человек старается при этом каждое мгновение наполнить смыслом.

А сама смерть может ли иметь смысл?


***


Смерть за идеалы, за справедливость, за свободу, за братство и равенство, за царя и отечество... Мало ли за что человек готов умереть! Но разве смерть придает смысл этому акту - умереть за что-то ценное для человека? Конечно же, нет. Это жизнь, реализующая ЦЕННОСТИ, придает смысл человеческому поступку - даже если итогом его будет смерть.


***

 

„Поскольку смерть не появляется на основании нашей свободы, она может лишь отнять у жизни всякое значение“, - пишет Сартр и поясняет, что если ждать смерти и исчесзнуть в результате, то это „ожидание ретроспективно получает характер абсурда... Смерть никогда не является тем, что дает смысл жизни. Напротив, она в принципе отнимает у нее всякое значение. Если мы должны умереть, наша жизнь не имеет смысла, так как ее проблемы не получают никакого решения и само значение проблем остается неопределенным“.

Смысл может быть только у жизни, которая представляет собой свободное изменение себя, свободное движение к осмысленным целям – и только через осознание этой осмысленности. Сартр утверждает, что именно „жизнь решает вопрос о своем собственном смысле, поскольку она всегда находится в отсрочке, обладает по своей природе способностью к самокритике и самоизменению; это значит, что она определяет себя в качестве "еще не" или в качестве изменения того, чем она является“.

***

„Окончательный смысл той или иной жизни, который нельзя угадать заранее, раскрывается только после смерти“, - пишет Владимир Янкелевич, - „как бы жизнь ни была неопределенна и бесформенна, у нее, так же как у звездной пыли, есть свой смысл и порядок; но этот смысл и этот порядок проявятся только под конец, когда жизненный путь уже будет пройден“. И, конечно же, не для завершившего свой жизненный путь, а для других.

Закончившаяся жизнь означет остановку движения и изменений, вызванных осознанием себя и своих проектов. СТАНОВЛЕНИЕ прекращается, остается лишь история жизни, прошлое в своей целостности. По словам Сартра, „смысл любого феномена этой жизни отныне установлен не ею самой, а этой открытой целостностью, которой оказывается остановленная жизнь. Этим смыслом в качестве первичного и фундаментального является, как мы видели, отсутствие смысла“. Однако жизни умерших могут занять своё место в смыслах и значениях жизней живущих людей.


СМЕРТЬ И ДРУГОЙ

„Моя смерть представляет
будущий смысл моего настоящего
для другого “
Ж.-П. Сартр

Смерть, обрывая жизнь и ставля точку в цепочке перемен, свободно предпринимаемых человеком, прекращает его движение в будущее, к своему проекту. Тем самым прекратившаяся жизнь человека превращается в сплошное прошлое. Но это прошлое уже не подвластно самому человеку, поскольку его уже нет. Другие же люди, напротив, получают полную свободу распоряжаться прошлым умершего человека. „Смерть является триумфом точки зрения другого над моей точкой зрения о себе самом, - пишет Сартр, - Жизнь ушедшего характеризует то, что Другой становится ее хранителем“.

Сартр подчеркивает, что „само существование смерти отчуждает нас полностью в нашей собственной жизни в пользу других: быть мертвыми – значит быть жертвой живущих“. Из этого следует вывод, что человеку следует осознать себя „в качестве будущей жертвы других“, если он пытается понять смысл своей будущей смерти.

Отношение к умершим представляет собой часть проекта человека. Заявляя о себе путем движения к своим целям, человек опредлеяет свою позициу по отношению к умершим,  заявлаэт о своем отношении к ушедшим (включая их значимость, выделение отдельных ушедших из общей массы или безразличие к ним, предание их „забытью“, растворение их в общей массе).

Мы свободно „выбираем умерших, - заявляет Сарт, - выбираем свою установку по отношению к умершим, но нельзя лишь не выбирать никакой“. То есть человек находится в полной ответственности по отношению к умесрхим. Мы обязаны „свободно решать их судьбу, в особенности когда речь идет об умерших, которые нас окружали, - пишет Сартр, - Невозможно, чтобы мы не решали, явно или неявно, судьбу их дел“.

То есть, покуда мы живы, нам не уйти от того, чтобы занимать позицию по отношению к тем, кого унесла смерть. Судьбы умерших, истории их жизней, их вечное прошлое входят тем или иным образом в настоящее живых. Навеки ушедшие со своими значениями для живущих (неважно, позитивными или негативными) являются составляющими их осмысленного и свободного движения к целям их проектов в их нескончаемом становлении.