quote Ни в коем случае нельзя оглядываться, когда лезешь в гору. Стоит посмотреть
вниз – и всё, тебе конец… А если будешь упорно стремиться к вершине, ничего
с тобой не случится
Бернард Вербер, "Танатонавты"

Потребность в познании

Живое существо, стремящееся сохранить свое существование, постоянно находится в состоянии тревоги – тревоги перед небытием. Эта тревога толкает существо на поиск путей и возможностей для выживания. Исследовательская потребность является, по сути, одним из определяющих факторов выживания. Ведь чтобы выжить в данной обстановке, надо понять, что способствует выживанию, что следует использовать, а что опасно и чего следует избегать.

Такова одна из основных побудительных сил, запускающих познавательно-поисковую активность. Но у человека не все ограничивается одним лишь стремлением избежать тревоги. Познание само по себе становится одной из важнейших человеческих потребностей.

Ролло Мэй обращает наше внимание на то, что особенно у детей и молодых людей тревога перед будущим, которая базируется на несоответствии их требований к себе имеющимся в их распоряжении возможностям,  „может смягчиться только при расширении сферы их возможностей“. Человек, вместо того, чтобы бороться с тревогой, познает и открывает эти новые возможности, получаея в свои руки штурвал управления собственносй СУДЬБОЙ. В результате „тревога начнет переживаться как приключение, потому что перед молодым человеком разворачиваются новые перспективы“.

Жажда открытий, новизны является базальным желанием человека, а познание – одним из базовых стремлений его. Потребность знать и понимать проявляется уже в позднем младенчестве, причем „эта потребность развивается не под внешним воздействием, не в результате обучения, а скорее сама по себе“, отмечает Маслоу.

Это естественное состояние человека, которое может быть развито, если его поощряют. Но оно может быть и подавлено. Детей не нужно учить стремлению исследовать и познавать, утверждает Абрахам Маслоу, в детях можно лишь подавить это стремление. Сначала подавление происходит извне, если ребенка теми или иными способами отваживают от кажущейся взрослым “чрезмерной” и неудобной для них тяги ребенка к открытиям. Позже запрет приходит уже и изнутри, когда человек, чувствуя, что стремление к познанию может быть для него опасным, предпочтет покой и безопасность.

Абрахам Маслоу заявляет, что познавательная потребноть, тяга к новому является не только базовой потребностью человека но и признаком психического здоровья:

"Всех психологически здоровых людей объединяет одна общая особенность: всех их влечет навстречу хаосу, к таинственному, непознанному, необъясненному. Именно эти характеристики составляют для них суть привлекательности; любая область, любое явление, обладающее ими, представляет для этих людей интерес. И наоборот – все известное, разложенное по полочкам, истолкованное вызывает у них скуку... История человечества знает немало примеров самоотверженного стремления к истине, наталкивающегося на непонимание окружающих, нападки и даже на реальную угрозу жизни. Бог знает, сколько людей повторили судьбу Галилея".

Исследование неизбежно расширяет границы конфронтации человека с миром, открывая всё новые и новые неизвестные стороны бытия, заставляя исследовать вновь, дальше и глубже. Познавая новое, человек удивляется и испытывает РАДОСТЬ.

Но наряду с удивлением-радостью есть удивление-страх. Открытие человеку нового, невиданного, необычайного, появляющегося по мере того, как горизонт непознанного им всё дальше отодвигается, всегда сопровождается беспокойством или тревогой. Так проявляется ТРЕВОГА ПЕРЕД НОВЫМ И НЕИЗВЕДАННЫМ.

Как отмечает И. И. Лапшин, на низшей ступени развития эта тревога представляет собой „страх перед чудом, а на высшей – страх перед логической нелепостью или фактической несообразностью“ в системе представлений человека. Подобный страх, пишет он далее, „может быть или могучим стимулом для напряжения всех умственных сил перед загадочным явлением – удивлением как великой философской страстью, или трусостью в мышлении, страхом за истинность своей теории“.

Если ход событий нарушает все привычные ожидания, то тревога перед столкновением с непонятным переходит в ужас, или человека обуревает ярость от ощушения своей беспомощности и покинутости. И он возвращается в лоно своего уютного бездействия, словно улитка в раковину. Человека раскачивает между стремлением познавать и страхом перед новым. Об этом смотрите подробнее материал "ВЕКТОРЫ БЫТИЯ".

Пауль Тиллих утверждает, что именно тревога показывает человеку, что альтернативой отчаянию может быть лишь МУЖЕСТВО. Тревога толкает нас к мужеству, которое Тиллих называет самоутверждением вопреки небытию. И человек утверждает себя, познавая, а затем  и преобразуя - и мир, и самого себя. Поэтому можно утверждать, что познание и исследование выполняют вполне утилитарные функции, которые стоят на службе СТАНОВЛЕНИЯ.


***


Исследовательская и познавательная деятельность имеет в качестве одного из своих источников стремление к самосохранению: оно полезно в процессе приспособляемости к условиям среды. Побуждая человека ислледовать окружающий его мир, познавательная потребность ориентировочную функцию. Человек, познавая и открывая новое, как бы обеспечивает себя картой мира для „привязки к местности“. Для выживания человек (как и многие другие высоко организованные живые существа) нуждается в новой информации не только для общей ориентации, но и для расширения возможностей выбора, для увеличения числа альтернатив своего поведения, для расширения РАМОК СВОБОДЫ.

Познавая мир и самого себя, человек, тем самым, уменьшает степень неопределенности, обретает больше уверенности в себе и укрепляет свою способность интегрироваться в мир, быть его частью.

Познавая мир, человек познает и себя, и свои реакции на ту или иную ситуацию, и свои чувства, которые он испытывает в связи со своими целенаправленными действиями. Положительные переживания в этой связи постепенно ложатся в основу того, что называется ИНТЕРЕСОМ, являющимся, по сути, энергетической подпиткой на всех этапах ВОЛЕВОГО АКТА.

Познание - это один из основных способов избавления от ТРЕВОГИ НЕБЫТИЯ во всех её  проявлениях. Одним из этих проявлений является НЕПРЕДСКАЗУЕМОСТЬ, с которой человек постоянно сталкивается на своих жизненных путях, ощущая чуждость и безразличие мира, страдая от НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ своего будущего и воспринимая себя маленьким и слабым. Переживание своей отчужденности от мира, как пишет Эрих Фромм, рождает тревогу, чувство беспомощности, неспособности владеть обстоятельствами (мир может наступить на меня, а я при этом не в силах противостоять ему). Это ощушение способно вогнать человека в состояние ОТЧАЯНИЯ.


***


Модус проживания имеет принципиальное значение для того, какую роль играют познавательные мотивы в жизни человека, чему они, в конечном итоге, служат: приобретению и накоплению некой информации, которая укрепляет „СУБСТАНЦИЮ“ человека, или же направлена на развитие его задатков, на выполнение его ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ, на СТАНОВЛЕНИЕ самим собой.

Я предлагаю обозначить интерес к новому в МОДУСЕ БЫТИЯ любознательностью, а в МОДУСЕ ОБЛАДАНИЯ – любопытством. Мы будем использовать эти термины, чтобы подчеркнуть, какой модус преобладает в рассматриваемом случае.

И в том, и в другом случае человеку свойственно ощущение напряженного ожидания и предвкушения чего-то нового. Это весьма интенсивное чувство толкает человека к исследованиям и откытиям.

Абрахам Маслоу подчеркивает важность для человека удовлетворения его базовой потребности в познании. Он даже говорит о праве человека на информацию. Именно это обстоятельство является причиной того, что в тоталитарных государствах массированная и лживая пропаганда вкупе с замалчиванием правды и гонениями за попытки добраться до истины означают фрустрацию у миллионов людей их потребности в познании. Вот что пишет Абрахам Маслоу по этому поводу:

"Если человек лишен права на информацию, если официальная доктрина государства лжива и противоречит очевидным фактам, то такой человек, гражданин такой страны почти обязательно станет циником. Он утратит веру во все и вся, станет подозрительным даже по отношению к самым очевидным, самым бесспорным истинам; для такого человека не святы никакие ценности и никакие моральные принципы, ему не на чем строить взаимоотношения с другими людьми; у него нет идеалов и надежды на будущее. Кроме активного цинизма, возможна и пассивная реакция на ложь и безгласность – и тогда человека охватывает апатия, безволие, он безынициативен и готов к безропотному подчинению".