quote Если моё Я – это то, что я ЕСТЬ, а не то, что я ИМЕЮ, то никто не может
угрожать моей безопасности и идентичности
Эрих Фромм

Развитие нарциссизма

Рассмотрм теперь, как зарождается здоровый нарциссизм… Для лучшего понимания, советую обратиться к материалам, посвященным САМОСТИ, в особенности к статье О РАЗВИТИИ САМОСТИ.

Хайнц Кохут подчеркивает важность того, чтобы ребенок ощущал уверенную привязанность к значимым взрослым (в первую очередь к матери) на ранних стадиях своего индивидуального развития. Такая привязанность, вселяющая уверенность в ребенка, важна для развития первичного нарциссизма как стадии формирования здоровой самости. Так, когда мать ликует, реагируя на ребенка, называет его по имени, когда она получает удовольствие от того, что ребенок рядом, и от того, что он делает, она, тем самым способствует благоприятному переходу от стадии фрагментированной самости к стадии связной самости, то есть способствует восприятию ребенком себя как физического и психического единства, обладающего связностью в пространстве и непрерывностью во времени.

Отто Кернберг заявляет, что формирование здорового нарциссизма начинается, когда ребенок заменяет реальные контакты с родительскими объектами фантазиями о собственном совершенстве и всемогуществе. Этому способствует опыт „всемогущества“, который ребенок испытал в раннем младенчестве, когда родители реагировали на малейшее проявление младенцем недовольства, удовлетворяя безотлагательно его малейшие потребности. Младенцу казалось при этом, что это именно он сам удовлетворяет собственные потребности – то есть родители воспринимались младенцем как некое продолжение его самого.

При постепенном уменьшении интенсивности заботы (по мере развития и роста малыша), ребенок будет ошущать дефицит заботы и, тем самым, своего “всемогущества“. Как отмечает Хайнц Кохут, первичный нарциссизм младенца наталкивается на границы заботы матери (которая не всегда и не в безграничном объеме может удовлетворять малейшие потребности ребенка). Из-за этого нарушается ощущение собственносй полноты и совершенства, которую ребенок замещает с помощью фантазии о своем всемогуществе („грандиозная самость и эксгибиционистская самость“). Или же ребенок приписывает свои предшествующие ощущения полноты и совершенства всемогущему объекту самости - идеализированному родительскому образу („родительскому имаго“).


***


«Грандиозная самость» появляется в оральную фазу, проявляясь «требованиями» безусловного приятия другими, безграничного насыщения и самодостаточности. Идеализированный внешний объект в эту фазу обладает свойствами неистощимого давания, тепла и заботы и постоянного присутствия.

В анальную фазу «грандиозная самость» характеризуется ощущением всесилия, непобедимости и уникальности и сопровождается таким же идеализированным объектом.

В фаллическую фазу «грандиозной самости» свойственно ощущение недостижимого превосходства и спсобности к завоеванию и обольщению. Идеализированному объекту приписываются те же характеристики.

Родительский объект самости, утверждает Хайнц Кохут, будет отражать и подтверждать всемогущество и перфекционизм ребенка. Постепенно этот объект трансформируется в реальные и стабильные формы честолюбия и самооценки взрослого человека. Родительский объект самости будет передавать ребенку основополагающие чувства „одинаковости людей“.

Ограниченная способность к самоуспокоению, малая уверенность в самом себе и в своей ценности ведут к поиску идеализированных объектов самости. В идеализированный объект ребенок проецирует свои чувства всемогущества и совершенства, с которыми он хочет слиться, чтобы избежать катастрофического ощущения собственного бессилия. Этот объект трансформируется в зрелые целеполагания и ценностные представления, ложась в основу как идеального Я, так и „супер-эго“.

Проецируясь на идеализированные объекты, первичный нарциссизм способствует формированию системы ценностей маленького ребенка (создается моральная структура его СУПЕР-ЭГО). Когда подростковое идеализирование косвенно переносится на эстетические, этические и культурные ценности, первичный нарциссизм превращается в нарциссизм ИДЕАЛЬНОГО Я. Идеальное Я является наследием первичного нарциссизма и интернализацией (присвоением) идеализированного объекта инфантильной любви (как правило – родительской фигуры).

„Близнецовый объект“, отражающий задатки и свойства самого человека, трансформируется впоследствии в способности и таланты, служащие интеграции идеалов и честолюбивых устремлений человека. Второе Я (альтер-эго), формируемое на основе матрицы «близнецовых» объектов и отражающее восприятие человеком собственных способностей и задатков, является, как отмечает Хайнц Кохут, выражением стремления человекас к ПРИНАДЛЕЖНОСТИ и похожести.

Здоровый нарциссизм формируется, когда объединяются реальное (подлинное) Я и внешние объекты. По словам Маркузе, первичный нарциссизм символизирует „другую точку зрения на реальность“, способствуя расширению границ самости „с целью принятия и инеграции в себя внешнего мира“.