quote Мучительности нашего существования немало способствует и то обстоятельство,
что нас постоянно гнетет время, не дает нам перевести дух и стоит
за каждым, как истязатель с бичом. Оно только того
оставляет в покое, кого передало скуке
Артур Шопенгауэр

Кризис смысла

„Бессмысленность – это род переживания,
которое настолько поглощает,
что, кажется, смысла лишается все –
и в прошлом, и будущем, и в настоящем“
Ирвин Ялом

Карл-Густав Юнг считает нахождение и реализацию СМЫСЛА жизни специфической потребностью и задачей человека. Он считает, что «природа, в своей доброте и терпении, никогда не вкладывает фатальный вопрос о смысле их жизни в уста большинства людей. А там, где некому спрашивать, незачем отвечать». Тем не менее, как утверждает Д. А. Леонтьев, „над людьми постоянно висит угроза смыслоутраты…“.

"Мы напрасно ищем предустановленную значимость в нас самих или в нашем мире“, пишет Бьюдженталь. Смыслоутрата или ощущение ее угрозы как раз и является осознанием того, что мир не обеспечивает человека смыслом автоматически, подчеркивает Д. А. Леонтьев. „Люди одновременно сопротивляются и отрекаются от смыслов и ищут и утверждают их, - пишет Феникс, - культуры одновременно разрушают смыслы и творят их“.

Феникс выделяет следующие общие факторы, способствующие утрате смысла:

  • распространение духа критицизма и скептицизма
  • деперсонализация и фрагментация жизни
  • обилие культурной продукции, подлежащей усвоению
  • быстрый темп изменений условий жизни

***

Современный человек всё больше отчуждается от институтов и ценностей своей культуры. Ролло Мэй обнаружил: распространенность тревоги в наше время объясняется тем, что под угрозой оказались сами ценности и нормы, лежащие в основе нашей культуры, „основные положения, которые каждый отдельный человек, принадлежащий своей культуре, отождествляет также и со своим существованием“.

Ирвин Ялом описывает истоки ощущения бессмыссленности, с которым сталкивается  современный человек: „Индивидуализм эпохи Ренессанса дал свободу от средневековых авторитетов и правил – свободу от религиозных, экономических, социальных и политических ограничений; но в то же время свобода разорвала те связи, которые давали человеку чувство безопасности и связывали его с другими людьми“.

Все большая отдаленность людей друг от друга (в плане того, что интегрированность в значимые группы все менее выражена), замкутость человека на самом себе , делает жизнь его еще больше бессмыссленной. Ведь смысл реализуется в социуме, в процессе диалога людей со своим окружением, а принадлежность к значимым группам (религиозным, этническим, политическим, а также общинным объединениям), участие в значимом для этих групп деле повышают ощущение осмысленности жизни. Поэтому разрыв связей человека и группы, как говорит Фромм, "неизбежно должен был повлечь за собой глубокое чувство неуверенности и бессилия, породить сомнения, одиночество и тревогу".

Абрахам Маслоу описывает один распространенный механизм „обессымысливания“ жизни, который он назвал «десакрализацией». Этот механизм проявляется у молодых людей, которые полагают, что «их всю жизнь дурачили и водили за нос». Дурачили и водили за нос их собственные родители «полусонные и вялые, имеющие смутное представление о ценностях, которые просто боятся своих детей и никогда не останавливают и не наказывают их за дурные поступки“.

Родители своим образом жизни демонстрируют порой глубочайшее расхождение исповедуемых ими принципов и совершаемых ими поступков. Дети становатся свидетелями, „как их отцы говорят о чести, смелости и отваге, а ведут себя прямо противоположно этому“.

Маслоу подчеркивает, что мы получаем, таким образом, ситуацию, „в которой дети попросту презирают своих родителей - и часто вполне заслуженно“. Однако подверженные „десакрализации“ молодые люди попросту отказываются воспринимать себя с точки зрения символических ценностей и с точки зрения вечности, отказываются относиться к чему-нибудь с глубокой серьезностью и вовлеченностью.

Десакрализация проявляется обеднением собственной жизни. Ведь мало какие культурные и религиозные символы вызывают то уважение и ту заботу, которые когда-то были с ними связаны, и, соответственно они потеряли свою вдохновляющую, побуждающую, возвышающую и даже просто мотивирующую силу.

Еще одним путем, ведущем к смыслоутрате, является, по мнению Ройса, некая познавательная инкапсуляция человека, приводящая к ограниченности его видения мира. Такой человек склонен на основании частных данных делать выводы о целом. КАРТИНА МИРА, в результате, оказывается ущербной, что имеет результатом неудачу в нахождении смысла.

Пауль Тиллих указывсет, что человек нашего времени утрачивсет осмысленный мир и то Я, которое жило в этом мире смыслов, исходящих из некоего духовного центра, который дает смысл всем смыслам человека. Потеря смыслов означает прорыв небытия в духовную жизнь человека. Тогда пропбуждается тревога бессмыссленности.

Пауль Тиллих в качестве причины такой угрозы видит разрушение верований в результате внешних событий или внутренних процессов. Он пишет:

«Содержания традиции, пусть величественной, пусть прославленной, пусть некогда любимой, утрачивают способность быть содержательными сегодня. А современная культура еще менее способна предложить содержание… Человек отрезан от творческого соучастия в некоторой культурной сфере; он жестоко разочарован в том, что ранее страстно утверждал; его приверженность одному объекту сменяется приверженностью другому, а затем третьему, ибо смысл каждого из них пропадает, а творческий эрос превращается в безразличие или отвращение».

Кризис смысла переживают часто те, кто успешно и рано достиг своей жизненной цели. Как подчеркивает Ялом, это всегда опасно в том случае, когда схема жизненного смысла человека замкнута на него самого, то есть если смысл жизни ориентирован на достижения человека, на успех, на погоню за счастьем, а не на дело, идею или других людей.

Сложившаяся у человека при такой схеме смысла система ЦЕННОСТЕЙ поддерживает его до определённого момента. Но в силу разных обстоятельств человек начинает видеть относительность этих ценностей и ощущать бессмысленность своего существования. Обессмысливаться и обесцениваться могут также роли, авторитеты, правила, этические нормы и другие системы, обеспечивающие структуру и стабильность человческой жизни. Если идеи и ценности с течением времени больше не отвечают ситуации человека, либо они утрачивают свой смысл в силу их несоответствия новым историческим условиям, это приводит к подрыву духовного центра человека, являющегося, по мнению Тиллиха, источником смысла для него.

„Слепота к смысловому идеальному бытию есть обман, приводящий к овеществлению человека“, - пишет Михаил Бахтин. Подчинение современного человека миру вещей, объектов, измена фундаментальным ценостям ведут к ослаблению духовного центра. При этом, заявляет Пауль Тиллих, „человек утрачивает ответ, пусть символический и косвенный, на вопрос о смысле существования“. Человек сталкивается в итоге с тревогой отсутствия смысла.

Охваченный тревогой отсутствия смысла, человек кидается в поисках смысла в разные предприятия, пытается попробовать и то, и это. Но ничто не приносит удовлетворения. Тогда он пускается на поиски предельного, абсолютного смысла. Стремлениэ найти и «познать» абсолютный смысл (при безусловной невозможности этого) приводит человека к духовной катастрофе, к СКЕПСИСУ И СОМНЕНИЮ во многих важных для жизни вещах. В результате способность находить смысл ослабевает – и зарождается ОТЧАЯНИЕ.

Но на самом деле все не так уж и безнадёжно, как может показаться на первый взгляд.

Как же человек может справиться с таким отчаянным состоянием?

Как мы видели, абсолютный смысл непостижим, поэтому на его поиск не стоит тратить ни сил, ни времени.

Смысл не рождается, благодаря размышлениям.

Он не может быть задан или подарен человеку.

Смысл – уникален и нестатичен, потому что он – порождение живого мгновения („здесь и сейчас“) и дитя возможностей. И такие возможности для каждого человека существуют всегда и неизменно. Они открываются в ДИАЛОГЕ ЧЕЛОВЕКА СО СВОИМ МИРОМ.

Это значит, что смысл может быть найден в любой СИТУАЦИИ, какой бы отчаянной она ни казалась. Вновь открытый смысл придаст ценность жизни и послужит серьезным основанием для продолжения жизни – даже в ситуации, казалось бы, безысходной.

Пока человек жив, смысл может быть найден!!! Об этом (а также о способах совладания с тревогой, с клиническими проявлениями ее, с использованием тревоги для личностного роста) мы говорим подробнее в материалах, посвященных базальной ТРЕВОГЕ БЕССМЫСЛЕННОСТИ.