quote Бывшее забыто, грядущее сокрыто, лишь настояшее подлинно –
именно поэтому оно называется настоящим
Цитата из мультфильма "Кунгфу-Панда"

Свободное выражение чувств как путь к себе

„Чувства, идущие от сердцевины нашего бытия,
обладают непосредственностью, глубиной и искренностью“
Карен Хорни

„Здоровая psyche не представляет собой ничего ужасного,
и потому ее не надо бояться,
как ее боялись на протяжении тысячелетий“.
Абрахам Маслоу

„Я мало разделяю почти преобладающее представление о том, что человек в основе своей иррационален и, если не контролировать его импульсы, он придет к разрушению себя и других, пишет Карл Роджерс:

„Поведение человека до утонченности рационально, когда он строго намеченным сложным путем движется к целям, которых стремится достичь его организм. Трагедия в том, что наши защитные реакции не дают нам возможность осознать эту рациональность“.

„Контроль, осторожность, самокритика, умеренность, расчет - все это тормоза, неизбежность которых изначально определена законами природы и общества, то есть миров, находящихся вне психики. Их неизбежность также определена нашим страхом перед своей псыче (врожденным противодействием)“, отмечает Абрахам Маслоу.

Однако „аскетизм, самоистязание, осознанный отказ удовлетворить потребности организма ведут, по крайней мере, в рамках западной культуры, к чахлости и уродству организма“, уверен Маслоу, „чистый контроль не может существовать постоянно, потому что тогда псыче умрет“.

Согласно мнению Маслоу, необходимость подавления, КОНТРОЛЯ, управления своими чувствами и импульсами проистекает из недоверия к ним, из УБЕЖДЕНИЯ , что человеческая природа есть изначальное и инстинктивное зло. Маслоу считает, что „внутренняя природа человека изначально представляет собой не "зло", а то, что мы, взрослые представители нашей цивилизации, считаем "добром". В крайнем случае, она – нейтральна. Наиболее точным было бы определение – она "старше и добра и зла"“. Если человеку удастся преодолеть страх перед своими подлинными чувствами, то он обретет ДОВЕРИЕ к собственной спонтанности.

Спонтанность в чистом виде невозможна, подчеркивает Маслоу, поскольку мы живем в мире, который подчиняется своим, не психическим, законам, „но она возможна в сновидениях, фантазиях, любви, воображении, сексе, на первых стадиях ТВОРЧЕСТВА, в работе художника, в игре ума, в свободных ассоциациях...“.

Спонтанность заключается, по мнению Маслоу, „в свободном, неконтролируемом, открытом, незапланированном самовыражении, то есть в проявлении психических сил при минимальном участии сознания...“.

Спонатнность является одним из условий СТАНОВЛЕНИЯ человека и БЫТИЯ СОБОЙ. Как утверждает Карл Роджерс, переживание чувств – это, в действительностим открытие неизвестных компонентов своего "Я".

Маслоу считает способность погружаться в БЕССОЗНАТЕЛЬНОЕ и предсознание, умение ценить и использовать спонтанные процессы, вместо того, чтобы бояться их, мириться с их импульсами, вместо того, чтобы всегда контролировать их, умение добровольно и бесстрашно отдаться РЕГРЕССУ, одним из основных условий творчества.

Если это удается, то, считает Маслоу:

„человек хочет и получает удовольствие от того, что для него хорошо;

его спонтанные реакции так эффективны и точны, как если бы они были продуманы заранее;

его чувственные и моторные реакции в большой степени соответствуют друг другу;

органы чувств у него более тесно взаимодействуют друг с другом“.

У такого человека „воля, познание, эмоции и моторные функции менее отделены друг от друга и более синергичны, то есть сотрудничают, а не конфликтуют“. Эта цельность есть проявление САМОАКТУАЛИЗАЦИИ.
Выражая свое беспокойство, люди иногда говорят, что, если бы человек был тем, кем он является на самом деле, он бы выпустил на волю сидящего в нем зверя. Однако все иначе, считает Роджерс:

„Чем более он способен разрешить своим чувствам быть своими и течь свободно, тем более они занимают соответствующее место в общей гармонии его чувств.

Он обнаруживает, что у него есть и другие чувства, которые не смешиваются с вышеназванными и уравновешивают их.

Он способен испытывать любовь, нежность, заботу и солидарность так же, как враждебность, похоть или злость.

Он способен испытывать интерес, живость, любопытство так же, как лень или безразличие.

Он способен чувствовать себя не только боязливым, но смелым и храбрым.

Его чувства, когда он живет в их присутствии и принимает их сложность, начинают действовать в созидательной гармонии, а не увлекают его на какой-то дурной путь, не поддающийся контролю“.

Согласно Маслоу, „следует способствовать выходу нашей внутренней природы на поверхность, оказав ей поддержку или, по крайней мере, признав ее существование, вместо того, чтобы подавлять ее или загонять ее вглубь“.


ЧТО НЕОБХОДИМО ДЕЛАТЬ?

Образование, по мнению Маслоу, „должно быть направлено на культивирование как КОНТРОЛЯ, так и спонтанности и экспрессивности“:

„В условиях нашей цивилизации и в данный исторический момент необходимо склонить чаши весов в сторону спонтанности, способности к экспрессии, незапланированности, непроизвольности, доверия, непредзаданности, творчества и т.п. Но следует помнить, что существовали, существуют и будут существовать другие цивилизации и другие регионы, где чаши весов склонялись или будут склоняться в другую сторону.

Нестрогий режим воспитания означает, что взрослые не просто сами непосредственно удовлетворяют потребности ребенка, а создают ему возможности самостоятельно удовлетворять свои потребности и самому сделать свой выбор, то есть "дают ему жить".

Для нормального развития ребенка необходимо, чтобы взрослые доверяли ему и естественным процессам развития, то есть чтобы они не слишком часто вмешивались, не "заставляли" ребенка развиваться или идти по обозначенному ими пути, а "позволяли" и "помогали" ему развиваться в духе даосизма, а не в авторитарном режиме“.



ПСИХОТЕРАПИЯ

“Чтобы обрести мудрость,
ты должен научиться слушать лай диких собак,
что доносится из твоего подвала”
Фридрих Ницше

Психотерапия может оказаться необходимой, поскольку человек в одиночку не всегда может осознать возможность и необходимость спонтанности и справиться со своими защитными стратегиями, накладывающими узду на его подлинные чувства, поскольку страхи и ощущение небезопасности вне терапии берут верх. Человек остается в уверенности: "Если бы я осмелился дать волю чувствам, которые заперты внутри, если бы я хоть в какой-то мере жил этими чувствами, это была бы катастрофа". Человек уверен, что отпустить свои чувства „означало бы быть плохим, злым, неконтролируемым, разрушительным, это значило бы спустить с цепи на людей какое-то чудовище“.

„В атмосфере безопасности и свободы психотерапевтических отношений эти чувства могут переживаться в полную силу, такими, каковы они есть в действительности. Они могут переживаться и переживаются "в чистом виде", так что человек в этот момент испытывает действительно свой страх, действительно свою нежность, гнев или что-то еще“, пишет Карл Роджерс.

Приведу фрагмент из книги Карла Роджерса, иллюстрирующий этот процесс. Роджерс цитирует письма и высказывания своей пациентки:

"Как я вижу это сейчас, слой за слоем я избавлялась от защитных реакций. Я не знала, что было на дне, и очень боялась дойти до дна, но я должна была продолжать пытаться это сделать. Сначала я почувствовала, что внутри меня ничего нет – только огромная пустота чувствовалась там, где я хотела иметь твердое ядро.

Тогда я почувствовала, что стою перед массивной каменной стеной, слишком высокой, чтобы перелезть через нее, и слишком толстой, чтобы пройти сквозь нее. Наступил день, когда стена стала скорее прозрачной, чем непроницаемой. После этого, казалось, стена исчезла, но за ней я обнаружила дамбу, сдерживающую яростно вспененные воды. Я почувствовала, что я как бы сдерживаю напор этой воды, и, если бы я сделала даже крохотную щель, я и всё вокруг меня было бы уничтожено последующим потоком чувств, которые представлялись мне в виде воды.

В конце концов я не смогла более выдерживать это напряжение и отпустила поток. В действительности все мои действия свелись к тому, что я поддалась чувству охватившей меня острой жалости к себе, затем – чувству ненависти, потом – любви. После этого переживания у меня было такое ощущение, будто я перепрыгнула через край пропасти на другую сторону и, немного шатаясь на самом краю, почувствовала наконец, что я в безопасности. Я не знаю, что я искала и куда шла, но тогда я почувствовала, как и всегда чувствовала, когда жила на самом деле, – что я движусь вперед".

Этот отрывок довольно хорошо передает чувства многих людей, считает Роджерс:

„Если поддельный фасад, стена, дамба не удержатся, все будет снесено яростным потоком чувств, которые они держат под спудом у себя во внутреннем мире. Однако этот отрывок показывает также испытываемое человеком неодолимое желание искать себя и стать собой. Здесь также вырисовывается способ, с помощью которого человек определяет реальность своего внутреннего мира – когда он во всей полноте переживает свои чувства, которые на органическом уровне и ЕСТЬ ОН САМ.

Когда человек в ходе психотерапии прочувствует так все эмоции, которые возникают в нем организмически, причем сознавая их и открыто проявляя, он прочувствует себя во всей полноте, которая скрыто присутствующей в его внутреннем мире. Так он СТАНОВИТСЯ тем, кто он есть.

Он обнаруживает, что постепенно может "быть" своим гневом, когда это действительно отражает его чувства, и такой принятый или видимый ему гнев не разрушителен. Он обнаруживает, что он может быть своим страхом, но, зная это, он не растворяется в нем. Он находит, что он может жалеть себя, и это не "плохо". Он может быть и бывает своим сексуальным чувством, или чувством лени, или враждебности, но от этого небо не падает на землю...

Создается впечатление, что индивид в конце концов находит удовлетворение в том, чтобы в данной ситуации со всей полнотой выражать любое сильное или продолжительное эмоциональное отношение к человеку, с которым общается. Это для него более приемлемо, чем отрицать существование этих чувств, или позволять им накапливаться до тех пор, пока они не взорвутся, или выражать их не в тех ситуациях, которые их порождают. 

Кажется, что наконец индивид открывает для себя, что его более удовлетворяет строить семейные взаимоотношения на основе взаимных чувств, которые действительно существуют, а не притворяться. Часть этого открытия состоит в том, что не стоит бояться, что эти отношения будут разрушены, когда истинные чувства выйдут наружу, особенно если утверждается, что чувства принадлежат себе, а не служат для оценивания другого человека. 

Наши клиенты обнаруживают, что, если они начинают выражать себя более свободно и внешние взаимоотношения начинают соответствовать внутренним отношениям людей, клиенты могут отказаться от некоторых защитных реакций и на самом деле слушать другого. Часто первый раз в жизни они начинают понимать, что чувствует другой человек и почему. Таким образом взаимное понимание начинает распространяться на межличностное взаимодействие. 

Наконец, у человека существует растущее желание быть самим собой. Так как я хочу быть самим собой, я нахожу, что более готов разрешить быть тебе самим собой, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Это значит, что семья постепенно становится собранием отдельных и неповторимых индивидов с их сугубо индивидуальными целями и ценностями, связанных друг с другом истинными чувствами – положительными или отрицательными, – которые существуют между ними. Они также связаны прекрасными узами взаимного понимания хотя бы части внутреннего мира другого. 

Именно таким образом, как мне кажется, психотерапия приводит к тому, что индивид на глубинном уровне становится более самим собой. Он находит более глубокое удовлетворение в более подлинных семейных отношениях, которые также помогают в достижении единой цели – способствовать каждому члену семьи в процессе открытия себя и становления собой".


ОСНОВОПОЛАГАЮЩЕЕ ДОВЕРИЕ СВОЕЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЕ

"Если мы способны освободить человека от защитных реакций, открыть его восприятие как для широкого круга своих собственных нужд, так и для требований окружения и общества, можно верить, что его последующие действия будут положительными, созидательными, продвигающими его вперед", утверждает Карл Роджерс.

Человек, сбрасывая маску, начинает свободнее выражать свои подлинные чувства. „Это относится к эмоциям, которые считаются отрицательными, таким, как негодование, гнев, стыд, неприязнь, раздражение, а также к таким, которые считаются положительными – нежность, восхищение, симпатия, любовь“, подчеркивает Роджерс.

Он уверен, что одна из собственных очень глубоких потребностей человека — это потребность в отношениях с другими, в общении. Эта потребность будет способствовать его социализации:

„По мере того как он будет все более становиться самим собой, он будет в большей мере социализирован — в соответствии с реальностью.

Нет необходимости говорить о том, кто должен сдерживать его агрессивные импульсы, так как по мере его открытости всем своим импульсам его потребности в принятии и отдаче любви будут такими же сильными, как и его импульс ударить или схватить для себя. Он будет агрессивен в ситуациях, где на самом деле должна быть использована агрессия, но у него не будет неудержимо растущей потребности в агрессии.

Если он движется к открытости всему своему опыту, его поведение в целом в этой и других сферах будет более реалистичным и сбалансированным, подходящим для выживания и дальнейшего развития высокосоциализированного животного.

Единственный необходимый контроль над импульсами, существующий у такого человека, — это естественное внутреннее уравновешивание одной потребности другою и обнаружение вариантов поведения, направленных на наиболее полное удовлетворение всех нужд“.