quote Если моё Я – это то, что я ЕСТЬ, а не то, что я ИМЕЮ, то никто не может
угрожать моей безопасности и идентичности
Эрих Фромм

Толпа

Ролло Мэй наазывал бегство в толпу противоположностью СВОБОДЫ или автоматическим КОНФОРМИЗМОМ.

А вот мнение Виктора Франкла:

„Толпа как таковая не имеет ни сознания, ни ОТВЕТСТВЕННОСТИ. При этом в ней человек неизбежно теряет особое качество, которое отличает собственно человеческое бытие, - чувство достоинства. Скрываясь и растворяясь в толпе, человек утрачивает важнейшее из присущих ему качеств - ответственность. Бегство "в толпу" - это способ скинуть с себя бремя собственной ответственности.

Как только кто-нибудь начинает вести себя так, как будто он всего лишь частица "высшего" целого и только это целое играет определяющую роль, он начинает получать истинное наслаждение от того, что удалось "сбросить" с себя хотя бы часть ответственности. Эта тенденция к избеганию бремени ответственности оказывается мотивом для любых форм коллективизма.

Толпа - это просто множество обезличенных существ.чем больше стандартизована личность, чем больше она "растворяется" в своем классе, национальности, расе или характерологическом типе, тем больше она соответствует некоему стандартному среднему - и тем ниже она в нравственном отношении“.

Игорь Губерман написал четверостишие, которое проводит четкую границу между индивидуумом и массой:

"Пришел я к горестному мнению,
От наблюдений долгих лет:
Вся сволочь склонна к единению,
А все порядочные - нет"

Конечно, есть определенная разница между не склонными и “склонными к единению”. Однако я бы не стал так паушально классифицировать последних как сволочей. Думаю (если сволочами считать отпетых мерзавцев, людей, которые делают другим гадости исключительно для собственного удовольствия), то “склонные к единению” все же - это нечто другое.

Каждый из “склонных к объединению” может быть вполне хорошим человеком. Например, заботливым отцом у себя дома, веселым собутыльником или рубахой-парнем, любителем крепких шуток, нежным любовником (это все, кстати, касается и соответствующих женских ролей). Однако на определенном ментальном уровне каждый из этих милых ребят (или девчат) вдруг перестает быть САМИМ СОБОЙ, становясь частью чего-то большего, что захватывает его целиком, поглощает, растворяет в себе. Так образуется некая общность – по сути, толпа. То есть человек из ЛИЧНОСТИ превращается в ЧЕЛОВЕКА ТОЛПЫ.

Толпа в современном мире не ограничивается улицей, где человек, будучи участником толпы, проявляет совсем нелицеприятные свойства, а дома, выйдя из-под влияния тотпы, может стать уже более менее допропорядочным человеком, рассудительным и менее заряженным эмоциями и идеями толпы.

Телевизор и интернет лишили современного человека такой возможности. Массовая коммуникация превращает человека в участника толпы прямо у него дома, за компьютером или на диване (перед телевизором). В этом, конечно, ужас современной ситуации - но зато это позволит в свое время (когда власть будет выполнять свою основную задачу) донести до людей совсем другие идеи и ценности.

Хотя чисто механическое переключение на другие содержания массовой информации вряд ли поможет человеку стать самим собой. Он по-прежнему будет человеком толпы, но „заряженной“ другими идеями.

Чтобы стать личностью нужно критически относиться к любой (!) поступающей информации, не критикуя огульно то, что не вписывается в собственную КАРТИНУ МИРА, и взять на себя ОТВЕТСТВЕННОСТЬ и за собственное мнение, и за все свои поступки.

Тогда мы будем иметь дело с тем, что Виктор Франкл назвал „истинным сообществом“: „это сообщество ответственных личностей; когда человек берет на себя задачу, поставленную обществом, он добивается увеличения собственной ответственности“.

Позволю себе привести ниже психологические свойства толпы, позаимствованные из обзора Р. Мокшанцева и А. Мокшанцевой "Психология толпы":

"Неспособность к осознанию, бессознательность, инстинктивность и импульсивность. Общие качества характера, управляемые бессознательным, соединяются вместе в толпе. Изолированный индивид обладает способностью подавлять бессознательные рефлексы, в то время как толпа этой способности не имеет".

"У толпы сильно развита способность к воображению. Толпа очень восприимчива к впечатлениям. Образы, поражающие воображение толпы, всегда бывают простыми и ясными. Вызванные в уме толпы кем-либо образы, представление о каком-нибудь событии или случае по своей живости почти равны реальным образам. Не факты сами по себе поражают воображение толпы, а то, как они предъявляются ей".

"Коллективные галлюцинации. В воображении людей, собравшихся в толпе, события претерпевают искажения".

"Толпа мыслит образами, и вызванный в ее воображении образ, в свою очередь, вызывает другие, не имеющие никакой логической связи с первым. Толпа не отделяет субъективное от объективного. Она считает реальными образы, вызванные в ее уме и зачастую имеющие лишь очень отдаленную связь с наблюдаемым ею фактом. Толпа, способная мыслить только образами, восприимчива только к образам.

Толпа не рассуждает и не обдумывает. Она принимает или отбрасывает идеи целиком. Она не переносит ни споров, ни противоречий. Рассуждения толпы основываются на ассоциациях, но они связаны между собою лишь кажущейся аналогией и последовательностью.

Толпа никогда не стремится к правде. Она отворачивается от очевидности, которая не нравится ей, и предпочитает поклоняться заблуждениям и иллюзиям, если только они прельщают ее. Толпа постоянно подпадает под влияние иллюзий.

Ассоциация разнородных идей, имеющих лишь кажущееся отношение друг к другу, и немедленное обобщение частных случаев — вот характерные черты рассуждений толпы.

"Категоричность: не испытывая никаких сомнений относительно того, что есть истина и что есть заблуждение, толпа выражает такую же авторитетность в своих суждениях, как и нетерпимость.

"Консерватизм: толпа питает глубокое отвращение ко всем новшествам и испытывает безграничное благоговение перед традициями".

" Самое опасное и самое существенное в психологии толпы — это ее восприимчивость к внушению. Фрейд рассматривал толпу как человеческую массу, находящуюся под гипнозом.

Всякое мнение, идею или верование, внушенные толпе, она принимает или отвергает целиком и относится к ним либо как к абсолютным истинам, либо как к абсолютным заблуждениям.

Вызванное представление становится ядром для дальнейшей кристаллизации, заполняющей всю область разума и парализующей всякие критические способности.

Толпе очень легко внушить, например, чувство обожания, заставляющее ее находить счастье в фанатизме, подчинении и готовностью жертвовать собой ради своего идола.

Рождение легенд, легко распространяющихся в толпе, обусловливается ее легковерием. Одинаковое направление чувств определяется внушением".

"Человек склонен к подражанию. Мнения и верования распространяются в толпе путем заражения".

"Эмоциональный резонанс: участники толпы при обмене эмоциональными зарядами постепенно накаляют общее настроение до такой степени, что происходит эмоциональный взрыв, с трудом контролируемый сознанием.

"Чувства и идеи отдельных лиц, образующих целое, именуемое толпой, принимают одно и то же направление. Рождается коллективная душа, имеющая, правда, временный характер. Толпе знакомы только простые и крайние чувства.

Различные импульсы, которым повинуется толпа, могут быть, смотря по обстоятельствам (а именно по характеру возбуждений), великодушными или злыми, героическими или трусливыми, но они всегда настолько сильны, что никакой личный интерес, даже чувство самосохранения, не в состоянии их подавить.

Преувеличение чувства обусловливается тем, что само это чувство, распространяясь очень быстро посредством внушения и заражения, вызывает всеобщее одобрение, которое и содействует в значительной мере возрастанию его силы.

Сила чувств толпы еще более увеличивается из-за отсутствия ОТВЕТСТВЕННОСТИ. Уверенность в безнаказанности (тем более сильная, чем многочисленнее толпа) и сознание значительного (хотя и временного) могущества дают возможность скопищам людей проявлять такие чувства и совершать такие действия, которые просто немыслимы и невозможны для отдельного человека.

Односторонность и преувеличение чувств толпы ведут к тому, что она не ведает ни сомнений, ни колебаний".

"Экстремизм: силы толпы направлены лишь на разрушение. Инстинкты разрушительной свирепости дремлют в глубине души почти любого индивида. Поддаваться этим инстинктам опасно для изолированного индивида, но находясь в безответственной толпе, где ему обеспечена безнаказанность, он может свободно следовать велению своих инстинктов. Нормальное состояние толпы, наткнувшейся на препятствие, — это ярость. Толпа никогда не дорожит своей жизнью во время возмущения".

"У толпы отсутствует критическое отношение к себе и присутствует «НАРЦИССИЗМ» — «мы» безупречны, во всем виноваты «они». «Они» отливаются в образ врага. Толпа считается только с силой, и доброта ее мало трогает, для толпы доброта — одна из форм слабости".

"Личный ИНТЕРЕС очень редко бывает могущественным двигателем в толпе, в то время как у отдельного человека он стоит на первом месте. Хотя все желания толпы бывают очень страстными, они все же продолжаются не долго, и толпа так же мало способна проявить настойчивую ВОЛЮ, как и рассудительность".

"Безответственность порождает нередко невероятную жестокость агрессивной толпы, подстрекаемой демагогами и провокаторами. Безответственность позволяет толпе топтать слабых и преклоняться перед сильными".

Импульсивность: "стремление немедленно превратить в действия внушенные идеи — характерный признак толпы".

"Все убеждения толпы имеют черты слепого подчинения, свирепой нетерпимости, потребности в самой неистовой пропаганде, что присуще религиозному чувству. Толпа нуждается в религии, так как все верования усваиваются ею лишь в том случае, если они облечены в религиозную оболочку, не допускающую оспаривания. Верования толпы всегда имеют религиозную форму".

"Над прочно установившимися верованиями толпы лежит поверхностный слой мнений, идей и мыслей, постоянно нарождающихся и исчезающих. Мнение толпы непостоянно — этим объясняется ее чрезвычайная изменчивость".