quote Тревога представляет реалии свободы как сочетание потенциальных
возможностей до того, как эта свобода будет материализована
Серен Кьеркегор

Воодушевление

Тревога потери идентичности, чем бы она ни была вызвана, крайне мучительна, порой неперенсоима. Это вызывает в человеке стремление во что бы то ни стало сохранить свою идентичность. Для этого люди нередко проявляют ярость и АГРЕССИЮ. Человеку свойственно бороться за свои ценности, отстаивать (порой весьма агрессивно) идентичность свою и своей группы.

Борьба за свои ценности относится к моральным актам человека. Конрад Лоренц, знаменитый исследователь поведения животных, подчеркивает, что для поступков, которые не только считаются сугубо человеческими и высокоморальными, но и на самом деле являются таковыми, „существует одна человеческая реакция, в которой лучше всего проявляется, насколько необходимо может быть безусловно "животное" поведение, унаследованное от антропоидных предков“. Конрад Лоренц так описывает эту реакцию:

„Эта реакция – так называемое воодушевление. Уже само название подчеркивает, что человеком овладевает нечто очень высокое, сугубо человеческое, а  именно -  дух. Греческое слово  "энтузиазм" означает даже, что человеком владеет Бог.

Однако в действительности воодушевленным человеком овладевает наш давний друг и  недавний враг - внутривидовая агрессия в форме древней и едва ли сколь-нибудь сублимированной реакции социальной защиты. В соответствии с этим, воодушевление пробуждается с предсказуемостью рефлекса во  всех внешних ситуациях, требующих вступления в борьбу за какие-то социальные ценности, особенно за такие, которые освящены
культурной традицией. Они могут быть представлены конкретно - семья, нация, Алма Матер  или спортивная команда  -  либо  абстрактными понятиями, как прежнее величие студенческих   корпораций, неподкупность художественного творчества или профессиональная этика индуктивного исследования.

Я  одним духом называю подряд  разные вещи - которые кажутся ценными мне самому или,
непонятно почему, видятся такими другим людям - со специальным умыслом показать недостаток избирательности, который при случае позволяет воодушевлению стать столь опасным.

Каждый  сколь-нибудь чувствительный человек знает,  какие  субъективные ощущения сопровождают эту реакцию, известного под именем воодушевления.

По спине и по наружной поверхности рук пробегает  "священный  трепет".

Человек чувствует себя вышедшим из всех связей повседневного мира и поднявшимся над ними; он готов все бросить, чтобы повиноваться зову Священного Долга. Все препятствия, стоящие на пути к выполнению этого долга, теряют всякую важность; инстинктивные запреты калечить и убивать сородичей утрачивают, к сожалению, большую  часть  своей  силы.

Разумные  соображения, любая критика или встречные доводы, говорящие против действий,  диктуемых воодушевлением, заглушаются за счет того, что замечательная  переоценка всех
ценностей заставляет их казаться не только не основательными, но и просто ничтожными и позорными.

С этими переживаниями коррелируются объективно наблюдаемые явления: повышается  тонус  всех поперечнополосатых  мышц,  осанка  становится  более напряженной, руки несколько приподнимаются в стороны и слегка поворачиваются внутрь, так что локти  выдвигаются наружу.  Голова гордо поднята, подбородок выдвинут  вперед,  а  лицевая  мускулатура  создает совершенно  определенную мимику, всем нам известную из кинофильмов, -- "героическое лицо". На спине и по  наружной  поверхности  рук  топорщатся  кожные волосы - именно  это  и является объективной стороной пресловутого "священного трепета".

В священности этого трепета и в одухотворенности воодушевления усомнится тот, кто видел соответствующие  поведенческие акты самца шимпанзе, который с беспримерным мужеством выходит защищать свое стадо или семью. Общая комбинация  осанки  и вздыбленной  шерсти  служит тому же "блефу", что и у горбящейся кошки: она выполняет задачу изобразить животное более крупным и опасным, чем  на самом  деле.

Наш "священный трепет" - это не что иное, как попытка взъерошить остатки некогда бывшего меха".

Лоренц предупреждает, что „воодушевление - это настоящий автономный инстинкт человека. Наше мужественное выступление за то, что нам кажется высочайшей ценностью, протекает по тем же нервным путям, что и социальные защитные реакции наших антропоидных предков. Тот, кого увлекает слепая рефлекторность этой реакции, представляет собой угрозу для человечества: он легкая добыча тех демагогов, которые умеют провоцировать раздражающие ситуации, вызывающие человеческую агрессивность“. Тут прослеживается тесная связь тревоги потери идентичности с ПОЛИТИКОЙ.