quote Человек постоянно стоит перед судом, судья на котором – он сам. Данная
ситуация вызывает тревогу (в относительных терминах тревогу вины,
в абсолютных – тревогу самоотвергания, самоосуждения),
которая выливается в отчаяние
Пауль Тиллих

Познание мира и категории бытия

Мышление наше опирается на уже рассмотренные нами КАТЕГОРИИ БЫТИЯ. Мы живем во времени и пространстве, заполненном всевозможными сущностями,  подвергающимися ежемоментно изменениям, которые происходят в силу тех или иных причин и являются в свою очередь причиной последующих изменениях, нередко в других точках пространства.

Категории бытия являются отражением процесса, отражающего преходящесть, но наше мышление, подталкиваемое тревогой, ищет в мире стабильности и постоянства.

Нам свойственно мыслить пространственно. Структурирование мира действует на нас успокаивающе. Создавая схемы, мы получаем возможность обрести уверенность и ориентиры. Даже время мы воспринимаем как пространство, структурируем его в своем сознании, как разделенное на отрезки, или представляя его себе текучим, как вода (мгновение), или застывшей глыбой в прошлом, или нависшей над нами массой будущих событий.

Мы невольно стремимся непременно найти в пространстве место, в котором будет локализовано даже то, что по определению не может быть локализовано. Так, Владимир Янкелевич, рассматривая отношение человека к смерти и небытию отмечал: "Склонность создавать идолы локализации, т. е. помещать духовные тайны в пространство, связана с очень стойкими предрассудками. Человек не успокаивается, пока не в состоянии показать пальцем на определенное место и сказать: "это здесь"... Небытие не может быть локализовано по той простой причине, что оно просто не находится абсолютно нигде".

Мы стремимся неделить все, что возможно, субстанциональными свойствами. То есть в нашем сознании "сделать" осязаемым и видимым то, что невозможно ухватить ни взглядом, ни рукой. Мы стремимся сделать прочным даже то, что не имеет материальной структуры, потому что мы всегда подсосзнательно стремимся к тому, на что можно опереться в нашей жизни, что может дать нам надежную основу в нашем бытии.

Так, человек субстанциализирует свою душу, превращает представления о самом себе, о своем "Я" в некую "застывшую" структуру, забывая о том, что его сущность - это неостановимый процесс перемен.

Задумываясь о причинности, мы тоже стараемся уменьшить тревогу, поэтому нам нередко свойственно (в зависимости от ситуации) недооценивать или переоценивать роль собственных решений и поступков в цепочке перемен. Но не следует забывать о том, что наша текущая ситуация является следствием бесчисленного множества причин, к которым мы сами не имеем отношения, но в каждой ситуации за нами остается последнее слово. Ежемоментно мы вносим своим поступком свою лепту в цепочку причинности.

Мысля (пусть и не всегда осознанно) именно в категориях бытия, человек познает свою реальность. Именно категории бытия дают человеку возможность осознать или прочувствовать, что бытие и небытие неразделимы. Это вносит определенную долю тревоги, но одновременно наделяет и мужеством. Мужеством быть. Поскольку в своем бытии человеку, по сути, не остается жругого выбора, как быть (то есть "перемещаться" по пространственно-временному континууму), быть причиной явлений, изменять мир и изменяться самому.